Непридуманные Истории
Канал в MAXИдентификатор канала: 71982154956927
🔒 Приватный канал
Авторский
Стиль жизни и хобби
Подписчики
17'502
За 24 часа
-662
новых подписчиков
За неделю
+5'787
прирост за 7 дней
За месяц
+5'449
общий прирост
Вовлечённость аудитории, %
53
ER (Engagement Rate), %
Оценка (по отзывам):
0.0
0 отзыва
История канала
Динамика подписчиков
Интенсивность публикаций
0
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
Меньше
Больше
Метрики публикаций
Публикации
14
за день
47
за неделю
76
за месяц
Репосты
0
за день
0
за неделю
0
за месяц
Просмотры на пост
8074
за день
12601
за неделю
16453
за месяц
Данные за последний месяц
Кто рекламировал
1 / 1
| Канал | Публикаций | Подписчиков | Последний пост |
|---|---|---|---|
|
|
1 | 11287 | 28.03.2026 |
|
|
1 | 92388 | 27.03.2026 |
|
|
1 | 11802 | 27.03.2026 |
|
|
1 | 10989 | 27.03.2026 |
|
|
1 | 21667 | 26.03.2026 |
|
|
1 | 12263 | 26.03.2026 |
|
|
1 | 1551 | 26.03.2026 |
Кого рекламировал
1 / 1
| Канал | Публикаций | Подписчиков | Последний пост |
|---|---|---|---|
|
|
2 | 5201 | 29.03.2026 |
|
|
1 | 20511 | 29.03.2026 |
|
|
1 | 2538 | 28.03.2026 |
|
|
1 | 9 | 27.03.2026 |
|
|
1 | 33893 | 27.03.2026 |
|
|
1 | 30773 | 27.03.2026 |
|
|
1 | 2381 | 27.03.2026 |
Эффективность последних рекламных размещений
1 / 1
Загрузка данных...
| Размещенный пост | Текст публиакции | Рекламирующий канал | Просмотры | Просмотры 24 ч | Прирост подписчиков |
|---|
Загрузка данных...
| Размещенный пост | Текст публикации | Рекламируемый канал | Просмотры | Просмотры 24 ч | Прирост подписчиков |
|---|
Динамика просмотров публикаций по часам
1 / 1
| Дата и время публикации | Текст публикации | Рекламируемый канал | Динамика просмотров | Всего просмотров |
|---|---|---|---|---|
| 2026-03-29 17:20:01 | Был обычный солнечный день, когда Димон, начитавшись в интернете статей о «социальной ответственности и кармическом долге», решил, что наше трио — он сам, я и Лёха — просто обязано заняться благотворительностью. Причем не просто донатами, а «реальными делами». Жертвами нашего энтузиазма были выбраны старушки нашего двора. — Парни, — вещал Димон, размахивая кефиром, — мы будем как спецназ милосердия. Видите бабушку — окружаете заботой. Поняли? — А если она не хочет? — резонно спросил Лёха, который уже предчувствовал подвох. — Некогда объяснять, надо причинять добро! — отрезал Димон. И мы пошли на первый «боевой выход». Нашим первым объектом стала Клавдия Петровна из третьего подъезда. Она стояла у пешеходного перехода, задумчиво глядя вдаль. — Цель захвачена! — прошептал Димон. — Окружаем! Мы слаженно, как в фильмах про ограбление банков, подошли с трёх сторон. Лёха взял её под левую руку, Димон под правую, а я подхватил сумку-тележку. — Не бойтесь, мать! Сейчас переправим в лучшем виде! — гаркнул Лёха прямо ей в ухо. Клавдия Петровна даже пикнуть не успела, как мы рванули через дорогу на мигающий желтый. Мы не просто шли, мы несли её над асфальтом, как почетный караул несет знамя. Очутившись на противоположной стороне, мы гордо выстроились в ряд. — Пожалуйста, бабуля! — сиял Димон. Клавдия Петровна обрела дар речи лишь через минуту. Оказалось, она не собиралась переходить дорогу. Она ждала автобус, остановка которого была на той стороне, откуда мы её столь героически эвакуировали. Причем нужный автобус как раз закрыл двери и уехал у нас на глазах. Такого отборного мата в исполнении ветерана труда мы не слышали никогда. Решив, что первый блин комом, мы переключились на «помощь в хозяйстве». У подъезда мы встретили бабу Зину с двумя тяжелыми пакетами. — Мы поможем! — вырвал пакеты Лёха. Баба Зина, наученная горьким опытом Клавдии Петровны, вцепилась в ручки пакетов мертвой хваткой. Завязалось краткое, но яростное перетягивание каната, в результате которого пакет с кефиром и десятком яиц не выдержал и лопнул прямо на Лёхины новые кроссовки. — Да что ж вы за ироды такие! — запричитала Зина. Лёха, пытаясь загладить вину, выхватил из кармана влажные салфетки и начал яростно тереть её сумку, случайно оторвав декоративный бантик. В итоге мы убегали под канонаду из проклятий и летящих в спину подпорченных яблок. — Нужны более масштабные действия! — не унимался Димон. — Пойдем к бабе Люсе, ей точно нужно что-то починить. Баба Люся была самой доброй старушкой в доме, поэтому пустила нас внутрь. — Ой, деточки, — засуетилась она, — у меня кран на кухне капает, спасу нет. Димон, возомнив себя мастером на все руки, полез под раковину. — Тут нужен системный подход! — заявил он и со всей дури крутанул какой-то вентиль газовым ключом. Раздался звук, похожий на предсмертный стон титана, и из трубы ударил фонтан такой силы, что Димона впечатало в мусорное ведро. Вода была горячей и стремительной. Лёха, пытаясь спасти ситуацию, схватил декоративную скатерть и попытался заткнуть ею дыру, но вместо этого просто превратил кухню в филиал аквапарка «Бешеный сантехник». Через десять минут мы, мокрые до нитки, стояли в подъезде, пока вызванный нами аварийщик перекрывал стояк во всем доме. Баба Люся, правда, не ругалась — она просто молча крестилась, глядя, как из её квартиры выплывает тапочек. — Ну, в целом, день продуктивный, — пробормотал Димон, выжимая футболку. — Ещё один такой день — и нас объявят в международный розыск как террористическую группировку «Внуки апокалипсиса», — констатировал Лёха. Вечером мы сидели на лавочке. Во двор зашла баба Маша с огромным арбузом. Она увидела нас, резко развернулась и, несмотря на подагру, с невероятной скоростью скрылась за гаражами. Мы поняли, что наша репутация идет впереди нас. С тех пор мы решили помогать по-другому: просто не мешать бабушкам жить. Димон, правда, порывался перевести через дорогу кота, но мы с Лёхой вовремя его связали. В конце концов, мир и так слишком хрупок для нашего милосердия. Был обычный солн… | — |
|
1857 |
| 2026-03-29 14:10:00 | Если бы современному инспектору по охране труда показали наши детские развлечения, он бы поседел за пять минут и уволился в монастырь. Но для нас, босоногих архитекторов девяностых и нулевых, мир был огромной игровой площадкой, где не существовало гравитации, здравого смысла и страха перед столбняком. Все начиналось с «штаба». Построить шалаш — это вам не в Minecraft кубики ставить. Это была серьезная геополитическая задача. В строительный ход шло всё: старые покрышки, найденные за гаражами ковры, которые пахли пылью времен и забвением, и, конечно же, силикатный кирпич. Наш главный проект назывался «Цитадель». Мы строили его в кустах сирени за домом. Стены состояли из картонных коробок, которые мы «одолжили» у продуктового киоска. Крышей служил кусок линолеума, найденный на свалке. Внутри всё было по-взрослому: столик из перевернутого ящика, «диван» из соломы и, самое главное, пароль для входа. Самым обидным было то, что через три дня прошел дождь. Наша «Цитадель» превратилась в унылую кашу из мокрого картона, а роскошный ковер стал похож на гигантского слизня. Но мы не сдались — мы объявили, что это «дизайн в стиле руин» и продолжили играть в разведчиков, сидя в мокрой жиже. У каждого из нас в детстве был период «великого некрополя». Стоило кому-то найти под деревом бедного воробья, павшего жертвой естественного отбора (или местного кота Васьки), как объявлялась всеобщая мобилизация. Похороны птички превращались в государственную церемонию. Серега, как обладатель самого басовитого голоса, назначался «священником». Мы заворачивали воробья в самый красивый лист лопуха, клали в коробочку от монпансье и несли к заветному пустырю под старой ивой. Могилу копали палками с таким усердием, будто искали нефть. На холмике обязательно ставился крест из связанных веточек, а рядом выкладывался узор из битых стеклышек (нашего «золотого фонда»). Мы стояли с суровыми лицами, кто-то даже пытался выдавить слезу. Траур длился ровно пять минут, пока Сашка не кричал: «Смотрите, там у грузовика колесо отвалилось!». И всё — скорбь улетучивалась, а «кладбище» забывалось до следующей находки. Птички уходили в Вальхаллу под аккомпанемент наших радостных воплей. Тарзанка — это был пропуск во взрослую жизнь. Наша висела над речкой-вонючкой, которая в ширину была метра три, но в глубину (как нам казалось) скрывала останки мамонтов. Снаряд представлял собой кусок потертого каната, примотанного к березе, которая росла под углом 45 градусов к воде. Технология была проста: ты забираешься на дерево, обхватываешь канат ногами и летишь. Главное — вовремя отпустить. Если отпустишь рано — рухнешь на крапиву. Если поздно — впечатаешься в противоположный берег, который состоял из глины и битых бутылок. Однажды Витька решил показать «высший пилотаж» и зацепился штанами за сучок прямо в момент прыжка. В итоге он не улетел в реку, а беспомощно повис вниз головой, как перезрелая груша, оглашая окрестности призывами к матери и обещаниями больше никогда не прогуливать математику. Мы спасали его всей толпой, едва не утопив в процессе, но смеялись потом до икоты недели две. Это было время, когда лимонад «Буратино» был вкуснее любого элитного вина, а подорожник лечил переломы (по крайней мере, мы так верили). Мы не знали слова «гаджет», но знали, как добыть огонь из лупы и как сделать «секретик» в земле под стеклышком. И честно говоря, это было чертовски крутое время. Если бы современ… | — |
|
3059 |
| 2026-03-29 13:10:01 | Рожает жена нового русского, у неё негр родился она и говорит врачу: - Доктор возьмите 200$ только пожалуйста наплетите моему мужу Сидорову всякую фигню про гены мутации, а то он меня убьёт... Доктор соглашается, выходит в корридор: - Кто тут Сидоров? Встаёт такая хрюша, амбал одним словом: - Ну я - говорит - чё там с моей? Доктор испугался: - Ни-ни-чего п-п-росто роды задерживаются... Подходит к медсестре, даёт ей 200 рублей и говорит: - Там у Сидорова жена негра родила, подойди к нему и наплети всякую фигню про гены, мутацию. Медсестра выходит в корридор: - Кто тут Сидоров? Встаёт тот же амбал: - Ну я! Медсестра тоже испугалась: - Ни-ни-чего п-п-росто роды задерживаются... Подходит медсестра к электрику Васе даёт ему бутылку водки: -Там у Сидорова жена негра родила наплети ему всякую фигню про гены и мутацию... Выходит Вася в коридор: - Кто тут Пидаров? Амбал: - Не Пидаров, а Сидоров! Вася ему:... Продолжение 👇 Рожает жена ново… |
|
|
3333 |
| 2026-03-29 10:10:00 | Мне 24 года, и с самого детства я помню то, чего не могло быть. Это не сны — слишком чёткие, слишком подробные. Я помню другую жизнь. Не свою нынешнюю, а какую‑то иную: другой город, другую семью, другие привычки. Всё началось лет в шесть. Я сидела на кухне с мамой, ела бутерброд с маслом, и вдруг отчётливо вспомнила, как стою на балконе — но не в нашей хрущёвке, а в доме с панорамными окнами. Внизу шумит широкая улица, пахнет морем, а рядом со мной стоит женщина — не моя мама. Она моложе, с короткими рыжими волосами, и она говорит: «Кира, не высовывайся, пожалуйста». Я тогда вздрогнула и спросила маму: «А у нас был балкон с видом на море?» Мама удивилась: «Что за глупости, доченька? У нас обычный балкон, и море за тысячу километров». Я не стала спорить, но внутри всё сжалось: я помнила тот балкон, перила под ладонями, ветер в волосах. И женщину эту помнила — она называла меня Кирой. Меня же зовут Лена. С годами воспоминания не исчезли. Они стали ярче. Я начала запоминать детали: узкие улочки старого города, вымощенные камнем; кафе с полосатым тентом, где мы с той женщиной пили какао; запах апельсинов, которые продавали на углу; звук трамвая, дребезжащего на повороте. Однажды в интернете я наткнулась на фотографии Лиссабона. Сердце ёкнуло: вот он, тот самый город! Та самая улица, тот самый балкон. Я показала фото маме — она пожала плечами: «Красиво. Но ты там никогда не была». В 17 лет я решила проверить себя. Накопила денег и поехала в Португалию. В Лиссабоне я шла по улицам, и что‑то внутри подсказывало направление. Я свернула в переулок, поднялась по извилистой лестнице, дошла до дома с жёлтыми ставнями — и остановилась. Вот он, мой дом. Я знала, на каком этаже квартира, где кнопка звонка, как скрипит дверь. Я постучала — просто чтобы убедиться. Дверь открыла женщина, похожая на ту, что была в моих воспоминаниях, но не она. Она удивлённо подняла брови: «Да?» Я растерялась, пробормотала что‑то про заблудившуюся туристку и поспешила прочь. После этого случая я долго не могла прийти в себя. Что это было? Совпадение? Галлюцинация? Или правда какая‑то часть меня когда‑то жила там, под именем Кира? Я начала искать ответы. Читала про реинкарнацию, про коллективное бессознательное, про ложные воспоминания. Ни одна теория не объясняла всего. Но я нашла кое‑что странное: в архивах местной газеты за 1985 год была заметка о гибели женщины в Лиссабоне. Её звали Ана Рибейру, она воспитывала приёмную дочь Киру. Девочка после трагедии пропала без вести. Я не знаю, что это значит. Может, моё сознание придумало целую жизнь, чтобы заполнить какую‑то пустоту. Может, это генетическая память или сбой в работе мозга. Но иногда, перед сном, я закрываю глаза и снова вижу тот балкон, море вдали и слышу голос: «Кира, не высовывайся». И тогда я шепчу в темноту: «Хорошо, мама». Мне 24 года, и с… | — |
|
4080 |
| 2026-03-29 09:10:01 | Подруга уже целую неделю спрашивает, где я беру эти невероятные открытки 😅😍 ИИ | Живые открытки 💗- канал, благодаря которому вы будете радовать ваших родных и близких🎉✨ Успейте подписаться, ссылка действует 10 минут👇👇 https://max.ru/ch_53483368087760?erid=2W5zFHKaFpV Подруга уже целу… |
|
|
4157 |
| 2026-03-29 08:12:01 | Но бабушка не ответила ей. Она смотрела в одну точку — туда, где, как нам казалось, ничего не было. Её губы дрогнули, и она произнесла отчётливо, с какой‑то удивительной лёгкостью в голосе: — Вы пришли… Теперь я спокойна. Голос звучал так, будто она говорила с кем‑то, кого давно ждала. На лице появилась улыбка — светлая, без тени боли или страха. Она вздохнула глубоко, как будто сбросила с плеч тяжёлую ношу, и закрыла глаза. Мы стояли, не шевелясь. Никто из нас ничего не видел — ни силуэта, ни тени, ни проблеска света. Но было в этом что‑то такое, от чего по спине пробежал не страх, а странное, тёплое чувство: будто кто‑то действительно пришёл за ней, чтобы проводить. Мама всхлипнула, но тут же улыбнулась сквозь слёзы. «Видишь, — сказала она мне тихо, — она не одна. С ней кто‑то родной». Я подошёл ближе, взял бабушку за руку — она была ещё тёплой. Лицо её выглядело умиротворённым, словно она наконец добралась до места, куда стремилась всю жизнь. Никаких мук, никаких терзаний — только покой и улыбка. Мы потом долго гадали, кого же она увидела. Дедушку, который умер десять лет назад? Свою мать, которую бабушка помнила с детства? Или, может, кого‑то ещё из тех, кто ушёл раньше и теперь ждал её там, за чертой? Но суть была не в том, кого она увидела. Суть была в том, что она увидела кого‑то. И этот кто‑то дал ей то, чего не могли дать мы: уверенность, что дальше будет хорошо. Что она не останется одна. Что её ждут. В тот вечер в комнате пахло сухими травами, которые бабушка сама собирала летом, и чем‑то ещё — едва уловимым, словно далёкий аромат цветущей сирени. Часы пробили восемь. Мы выключили верхний свет, зажгли маленькую лампу у кровати. И просто сидели рядом. Она ушла с улыбкой. И эта улыбка осталась с нами — как обещание, что где‑то есть место, где все, кого мы любим, однажды встретятся снова. Но бабушка не от… | — |
|
4795 |
Загрузка данных...
| Время | Контент | Подписчиков | Кто ссылался | Просмотры | Просмотры 24 ч |
|---|